Школа активного образа жизни
Календарь
Сентябрь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Мар    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30  
Статистика

Зима – самое время для воспоминаний о прошлом и мечтаний о будущем. В этот раз захотелось вспомнить не такое уж далёкое прошлое. Это были странствия вдоль реки Птичь по ДОТам Мозырского УкрепРайона в январе 2012 года.  Тот походик оказался неожиданно ярким, при этом странным по ощущениям, и крепко врезавшимся в память.Тема «советской фортификации» мне интересна с измальства. В детстве я половину лета проводил у бабушки в деревне Кирши, что в 3-х км от Заславля. И по всем окрестным ДОТам (относившимся к Минскому УР) мы налазились вволю. Слава богу, что в то время (конец 60-х – начало 70-х) взрывоопасных предметов нам не попалось... Так что звукосочетание «ДОТы» будило сладкое чувство ностальгии по детству. Но время шло, а я…

И вот в средине декабря 2011 года Александр Викторович Станкевич сказал, что его сын Дима предлагает съездить на Птичь посмотреть ДОТ возле Ж/Д моста через Птичь. Там, дескать, есть длинные подземные ходы.  К этому времени я уже прочитал всё, что нашёл в Интернете, про Мозырский УР. Информации было вроде и не мало, но, с другой стороны, мне её не хватало – хотелось и узнать, и увидеть побольше. Но поскольку «настоящему индейцу» ехать тупо смотреть один ДОТ, пусть и большой — «не кошерно», то решил подвести под это дело идею – у нас будет ЭКСПЕДИЦИЯ по северному флангу МоУР с целью обнаружения, осмотра, фотографирования, определения координат оборонительных сооружений, расположенных вдоль реки Птичь.

Такая формулировка превращала нашу прогулку с целью почесать собственное ЭГО в миссию, исполненную глубочайшего смысла, делало её важной и социально значимой.

И вот спустя всего-навсего месяц мы уже в поезде.

За этот месяц число участников то возрастало чуть ли не до 10-ка, то уменьшалось едва ли не до 1-го, но, в конце концов, нас осталось пятеро: Станкевичи, Александр Викторович и Дима, автор сей писанины Голушко Игорь, Сергей Кисилевский из Речицы и единственная дама – Алла Короленко. Оно и хорошо – пальцев одной руки для пересчёта хватит.

Выехали из Гомеля 13 января 2012 года поездом №609 Гомель – Гродно, отправлением в 16.40. Сели в общий вагон. Народу в поезде хватает, но многие едут до Калинкович. В 17.40 в Речице к нам подсаживается Сергей Кисилевский, и мы уже полным составом двигаемся в светлое будущее, с помощью пива нарушая правила пасажироперевозок.

В 19.26 прибыли на станцию Мышанка. Во время пути разговорились с соседкой по купе, которая оказалась работником станции Мышанка. Она сказала, что можно спокойно переночевать на станции, она на ночь не закрывается, да и менты не подходят с предложением «Не спать! Бл….».

Я резко захотел ночевать в зале ожидания, но восторженно-идеалистическая часть группы с примкнувшими к ней ЫкстрЫмалами решила – ночуем в лесу. И я, как истинный мазохист, безропотно согласился, а острый бронхит – фиг с ним, может и не сдохну... Ведь это так романтично – тёплой нежной жопой на твёрдую и, пардон, обляденелую землю.

Отошли метров на 450 от станции, свернули на 25 шагов в сторону от дороги, по которой шли, и вот оно – отличнейшее место для отличнейшего лагеря. Правда есть небольшой напряг с дровами, да и за водой, опять-таки, ходить на станцию, но, сражённый убийственным доводом – Мы турысты или где? — я радостно согласился со всеми, что лучше этого места мы не нашли б никогда и ни за что.

Справедливости ради надо отметить, что небо было ясным, звёздным, очень красивым, а ужин с праздничными жидкостями (в 24.00 приходит Старый Новый Год) удался (по другому и не могло быть – кушать то хочется).

Встретив этот самый Год, отошли ко сну (хорошо, что не ещё куда).

Ночью было холодно (и это несмотря на вполне приличные спальник и коврик) – ведь палатка стояла на обледенелой земле, да и защиты от ветра особо не было. Я своим сильным, громким и частым кашлем мстил остальным участникам экспа за отказ ночевать на станции. Впрочем, поутру меня так и не побили.

14 января. Просыпаться начали (во всяком случае, те, кому удалось заснуть) с 6.00. Около 6.30 повылазили из палаток. Ночью был небольшой снегопад, но в глубине костра остались горячие красные угли, что порадавало. Серёга Кисилевский сбегал на станцию за водой, мы приготовили завтрак и уже в 8.45 двинулись в сторону деревни Беседки.

Братская могила в деревне Беседка

За деревней стали брать правее, приближаясь к железной дороге. У нас была карта-километровка издания 1975 года, поэтому мы всегда знали, где мы и кто мы.

Военный совет — Иде я нахожусь?

В паре километров на запад от дер. Беседки на приподнятой опушке леса стали попадаться остатки окопов и огневых точек. Ни самих ДОТов, ни их следов пока не встречается. Так, гуляя по лесу, к 11.15 мы и вышли к остаткам огневой группы №232 батальонного района обороны «Б» недалеко от Птичи.

Нашли мы её легко, помогла карта, скачанная с сайта «Меридиан 28». Определяем координаты, осматриваем, фотографируем, лазим внутри по потернам

 и снаружи по склонам этого немаленького холма.  Описания из Интернета не врут – сооружение действительно уникальное и по масштабу и по сохранности подземной части. В одном месте даже бронезаслонка была.

Спустя 1 час идём дальше.

Возле переезда через железную дорогу видим остатки ещё одного ДОТа №2 (нумерация НАША, дана по мере обнаружения ДОТов нашей группой). На нём следы срезанного непонятно чем (скорее всего, автогеном) бронеколпака.

Можно оценить толщину стенки срезанного бронеколпака.

Осмотрев его и сфотографировав, идём далее.

Путь наш шёл вдоль линии обороны 1941 года (которой, похоже, Советские войска толком не воспользовались). Продираясь через довольно густой подлесок и перебредая, время от времени, следы траншей и окопов, мы находим остатки ДОТов. Фотографируем, осматриваем, определяем координаты и идём дальше, дальше.

Определяю координаты ДОТа.

Все ДОТы взорваны, мы находим не сами сооружения, а их останки. Обнаруживаем ДОТ №3. Затем находим ДОТ №4. Относительно неплохо сохранившийся, 3-х амбразурный. Следующим обнаруживаем сильно разрушенный ДОТ №5. Вскоре в лесу находим странную железяку. Что это — так и не поняли.

Так, с блужданиями по некоторой синусоиде, выходим к канаве перед деревней Хусное. Переходим канаву по мостику и вступаем в населённый пункт. На самой южной окраине деревни видим остатки очередного ДОТа, весьма качественно взорванного. ДОТ №6. Проходим деревню, она как вымерла.

Наконец-то встречаем двух стариков. Расспрашиваем их про линию обороны, да и вообще – за жизнь. Узнаём, что на северном краю деревни есть остатки ещё одного ДОТа, но он, как и располагавшийся на южном краю, сильно разрушен. А всё потому, что их взрывали не наши в 41-м, а немцы в 43-м, а времени и взрывчатки у немцев было дофига.

Дедуля рассказывает, где ещё были ДОТы, и как он в 44-м – 45-м годах сам принимал участие в разминировании.  Говорит, какие бои шли в 44-м на Птичи, где, как обычно, из-за разгильдяйства и трусости перед вышестоящим начальством положили наши зазря много солдатиков. В очередной раз подтвердилось, что реальная история Великой Отечественной Войны сильно не совпадает со сказками из школьных учебников.

Братская могила в деревне Хусное.

Сейчас деревня вымирает. В ней живут 21 пенсионер и 53 трудоспособных жителя (и, наверняка, ещё сколько-то нетрудоспособных). Есть коровник (прикольно выглядела скотинка на открытом воздухе под уже начинавшей идти ледяной крупой).

Имеется неработавший на момент нашего визита (3 часа дня) магазин. В поле зрения попали остатки школы. Видеть это всё грустно – деревня Хусное действительно угасает.

Несмотря на близость трассы, поля вокруг со следами мелиорации и т.д. Нет работы – нет жизни.

Перейдя трассу М10, идём на север в сторону кладбища. Где-то недалеко от него, по словам местных, должны быть остатки ДОТа. Но пока ничего не обнаруживаем. Небольшой снегопад постепенно превращается в конкретную метель.  Бросив на опушке леса рюкзак, иду осматривать местность.

Как здорово гулять одному по лесу – тихо, спокойно, можно углубиться в свои мысли. Да и лес в такую погоду очень красив. Тут уже начинают попадаться большущие можжевельники, радующие глаз. Не обнаружив остатков ДОТов (хотя следов окопов и огневых точек было предостаточно), возвращаюсь к основной группе. Они красиво изображают собою сугробы на лесной опушке.

Надеваем рюкзаки и двигаем, наверное, на север.

Подходим к какой-то канаве. Мостика, нарисованного на карте, не видим, зато находим остатки ещё одного, опять таки сильно разрушенного, ДОТа.

Повторяем стандартные процедуры: осмотр, фотографирование, определение координат. ДОТ №7.

Затем подходим к берегу канавы и погружаемся в раздумья. Её ширина метров 8 — 10. Глубина, как можно понять, более метра, да и берега низкие и топкие. ЫкстрЫмалы предлагают сооружать переправу. У меня на этот счёт особое мнение.

Мне пришлось 7 раз быть судьёй на «Школе Выживания». Там подобного рода экзерсисы предлагались участникам каждый год. Так вот, я ни разу не видел, чтоб какая-нибудь команда осталась полностью сухой. И это при том, что они были экипированы и подготовлены гораздо лучше нас, да к тому же на подобного рода этапах народу там работало в 2 раза больше (по численности).

Но, повинуясь коллективному разуму (а скорее – коллективному маразму), я принимаю участие в сооружении переправы. Всё ж теплее, чем просто стоять под снегопадом на берегу и околевать, медленно и печально. Спустя час этого русского бессмысленного и беспощадного секса (в течение этого часа устраивали и лесоповал, и «Праздник Нептуна» и прочие гуляния)

народ решает делать то, что мне было очевидно сразу – идти искать мостик через канаву.

Возвращаемся вдоль канавы назад в сторону трассы

и уже через 15 минут ходьбы находим отличный, проезжий для автомашин мост. Правда, понять, где точно мы находимся, уже не можем. Коллективный разум, похоже, спит (времени то уже 18.00 и стемнело), а, как известно, сон разума порождает всякую хрень. Да и карты в районах расположения частей РВСН не сильно отличались по информативности от пачки «Беломора». Хотя может я и не справедлив к картогрофам? В общем, мы куда-то идём в поисках места для ночлега.

Погуляв по лесу где-то с полчаса, с удивлением видим чьи то следы – да не одни мы бродим под снегом на природе... Правда, после внимательного рассмотрения, следы оказываются нашими. Решаем как можно быстрее становиться лагерем. Ставим его, как чуть позже выяснилось, недалеко от опушки леса. Сам лес довольно красив. Главное, сухих дров вокруг – изобилие, и сосновых, и можжевеловых. Правда, нет воды, но там где есть снег и огонь – вода всегда найдётся.

Ставим палатки, натягиваем коллективный тент – снег продолжает падать, разводим костёр. Набрали снега, натопили воды, приготовили ужин.

Долго думали, что делать завтра – у Станкевича-старшего прихватило ногу и бок, он даже шёл с трудом. Как бы не пришлось поутру убираться восвояси. Но, решив, что утро вечера мудренее, около 23.00 пошли спать.

15 января.  Просыпались гораздо тяжелее и дольше. Всё-таки вчера сильно устали, хотя и прошли не больше 20 км. Из палаток выползли после 7.00. Ночь оказалась чуть более тёплой (благодаря выпавшему снегу и месту для лагеря, закрытому от ветра) и мне даже удалось немного поспать, хотя своим кашлем я задолбал всех, включая себя.

Готовим завтрак. Пришёл после утренней прогулки Сергей Кисилевский. Воды не нашёл, зато обнаружил недалеко остатки ещё одного ДОТа. Во время приготовления завтрака коллективный разум сгенерировал идею – из домашнего вина приготовить глинтвейн, часть выпить, остальное разлить по термосам с собой в дорогу.

Это оказалось переломным моментом.

Сформировавшаяся во время приготовления глинтвейна мыслеформа задала тон на весь день. Викторович чувствует себя сносно, идти может, погода хоршая, снегопад прекратился и даже проглядывает солнце. Мы при помощи свободного, объективного и независимого (от разума) голосования определили своё место на карте и в 11.00 двинулись в сторону 1-й Слободки.

Зашли на остатки ДОТа (ДОТ №8),

как обычно в этой прогулке – сфотографировали, осмотрели, определили координаты и пошли дальше. Из множества лесных дорожек выбираем те, которые ведут на север. В 11.50 подошли к возвышенности,

которую отождествили с Лысой Горой из вчерашнего разсказа дедули из дер. Хусное.

Она заросла сказочными по красоте можжевельниками. Никто из нас, несмотря на не сильно юный возраст (самому молодому 43 года) ничего подобного не видел. Можжевельник, как и конопля из анекдота, «тоже дерево, только ему вырасти не дают». Тут были экземпляры до 10 метров высотой и шириной кроны до 4 – 5 метров.

Место оказалось уникальным.

Налюбовавшись, нафотографировавшись (и, разумеется, забив для памяти координаты) пошли дальше. Мы окончательно привязались к карте и спокойно двигаемся к конечной цели нашей ЭКСПЕДИЦИИ – мине № 302 батальонного района «Н» МоУР возле деревни 1-я Слободка.

Идётся нормально, снега нападало относительно немного, дорог, идущих в нужном направлении, достаточно, к карте мы привязались уже точно. Помогли в этом и остатки тригопункта возле дороги. И вот, в 13.20 мы подходим к огневой группе № 302. В её нахождении опять помогла карта, скачанная с сайта «Меридиан 28».

Она расположена на краю деревни, а прямо над ней – деревенское кладбище.

Так что, гуляя по потернам этой мины, мы буквально ходили под трупами. Это очень, очень романтично. Объект так же весьма интересен, хотя по размерам меньше мины №232.

Далее как обычно – осмотр, фото, координаты. Затем за рюкзаки и ходу в Копаткевичи.  На краю деревни, возле дороги на мост на Копаткевичи обнаруживаем остатки ещё одного маленького ДОТа. Он очень сильно разрушен, мы его даже не фиксировали.

Торопимся в Копаткевичи на автобусную остановку, куда и приходим в 14.25. Через 5 минут подходит автобус, идущий до станции Птичь. В 15.15 мы на станции. Скоростной дизель Житковичи – Гомель отходит в 15.46. В поезде перекусили, допили остатки глинтвейна. Приехал в Гомель. Пришёл домой. Прилёг на 5 минут и потерялся на несколько часов.

Всё завершилось. Все свободны. Всем спасибо. За фото спасибо Сергею Кисилевскому, Але Короленко, Диме Станкевичу.

Игорь Голушко.